Кратко о главномРоща Дубки — дубовый лес на северо-западной окраине Таганрога, заложенный ещё при Петре I. В детстве и юности Антон Чехов не раз приходил сюда пешком из центра города. Роща стояла среди открытой степи, вдали от домов. Брат писателя Александр оставил единственное развёрнутое описание этих мест — «тёмно-зелёный оазис среди волнующегося моря хлебов».
Мальчишка из лавки на Монастырской улице вряд ли думал, что когда-нибудь его имя свяжут с этим городом навсегда. Антон Чехов рос в Таганроге с 1860 по 1879 год — почти двадцать лет. И всё это время рядом был лес, который таганрожцы называли просто «Дубки».
Оазис среди степи: что такое роща Дубки в XIX веке
Посадка дубов на мысу Таган-Рог началась по приказу Петра I в 1701–1702 годах — государь велел «кругом Таганрога насеять желудей для лесу», имея в виду строительный материал для флота. Первые деревья не выжили. Новое насаждение появилось в 1771 году по указу Екатерины II — уже в урочище Большая Черепаха, по балке с тем же названием.
К 1860-м годам, когда Антон Чехов был ребёнком, роща выглядела иначе, чем сегодня. Никаких микрорайонов, никакого завода рядом. Дубки стояли среди полей. К 1860 году в роще насчитывалось 1500 крупных и 255 мелких дубов. Брат Антона, Александр Чехов, оставил в «Записках случайного туриста» (1912) точный образ того, что видели братья в юности: «Дубки» тоже были окружены полями и представляли собою тёмно-зелёный оазис среди волнующегося моря хлебов
.
Роща находилась в ведении городской думы. Между дубами были проложены дорожки, стояли скамейки, перекинуты мостики. Городская администрация тратила деньги на уход за насаждениями — это было публичное место, что-то среднее между парком и загородной прогулкой. Историк Таганрога Павел Филевский писал, что окрестности города с частными дачами и дубовой рощей «представляют море зелени».
Как Чехов добирался до Дубков
Семья Чеховых жила в центре Таганрога — сначала на Полицейской (ныне Чехова) улице, позже на Монастырской. Роща Дубки располагалась на северо-западной окраине города, на удалении около пяти вёрст от Азовского моря. Путь туда лежал пешком или на подводе — через городские кварталы, а затем по открытой степной дороге мимо хлебных полей. Никакого транспорта в современном смысле не было. Поездка в Дубки — это уже событие, а не просто прогулка до ближайшего сквера.
Антон сам говорил об этих местах как о пространстве, которое он «исходил ещё мальчиком». Это не метафора — он знал каждую тропку, мог точно описать границы рощи. Детская топография Таганрога у Чехова была очень конкретной: море, Каменная лестница, базарная площадь — и Дубки на краю города.
Сосед по роще: Нестор Кукольник
Здесь история делает неожиданный поворот. В 1857 году, выйдя в отставку, в Таганрог переехал Нестор Кукольник — чиновник высокого ранга, прозаик, поэт, переводчик и композитор. Его имение раскинулось прямо у рощи: к дубовому лесу примыкал его плодовый сад. Кукольник прожил в Таганроге до 1868 года и стал для города настоящим культурным центром — устраивал литературные вечера, дружил с образованными горожанами, привлекал к городу внимание столичных знакомых.
Антону Чехову в год смерти Кукольника (1868) было восемь лет. Прямого пересечения нет, но среда, которую Кукольник создал вокруг Дубков, ещё жила — в разговорах взрослых, в памяти горожан. Роща была намоленным местом не только в природном, но и в культурном смысле.
Что Чехов помнил о Дубках
Прямых писем Антона Чехова с упоминанием рощи Дубки до нас дошло немного — большинство таганрогских воспоминаний он высказывал устно или через брата. Именно Александр Чехов зафиксировал общее детское ощущение от этого места — оазис, тишина, хлеба вокруг. Антон же в своих немногочисленных обращениях к таганрогской юности говорил о городе в целом тепло, хотя и с оговорками — он уехал оттуда в 1879 году после того, как семья разорилась и перебралась в Москву, а сам он остался доучиваться.
Таганрогская природа — степь, море, запах акации и пыли — проступает в его прозе не в форме прямых воспоминаний, а как фон, как воздух, которым дышат его герои. «Степь» (1888) — повесть, написанная через десять лет после отъезда, — это и есть тот пейзаж, который мальчик видел по дороге в Дубки: бесконечная равнина, небо, жара и где-то вдали — тёмная полоса деревьев.
Что осталось от тех Дубков
В 2006 году роща получила статус памятника природы областного значения. Сегодня её площадь — около 14 гектаров. Средний возраст большинства деревьев — около 50 лет: старые дубы вырубали во время немецкой оккупации 1941–1943 годов, а потом роща постепенно уступала место заводским корпусам и новым кварталам. Три дуба, которые считаются историческими, сохранились — два из них высотой около 30 метров с диаметром ствола почти в два метра. По местной легенде, один из них посадил сам Пётр I.
Тот лес, который видел Антон Чехов — с полутора тысячами взрослых дубов, дорожками и скамейками посреди степных хлебов — остался только в описании его брата. Три дерева и легенда. Но даже это немало для города, которому уже больше трёх веков.
